Skip directly to content

Судинна деменція: підходи і перспективи фармакологічного лікування

Сосудистая деменция (СД) является достаточно распространенным состоянием среди лиц пожилого возраста и характеризуется выраженной когнитивной дисфункцией. Пациенты с СД зачастую требуют постоянного постороннего ухода и присмотра, а качество их жизни и социальное функционирование снижены. Несмотря на значительные инвестиции в экспериментальную и клиническую нейробиологию, по-прежнему продолжаются поиски эффективных фармакологических средств для лечения данного состояния. Вашему вниманию представлен обзор статьи A. Baskys и A.C. Hou «Vascular dementia: pharmacological treatment approaches and perspectives», опубликованной в издании Clinical Interventions in Aging (2007; 2 (3): 327-335), в которой особое внимание уделено современным представлениям о механизмах ишемического повреждения нервных клеток, а также доступных методах терапии СД. Помимо этого, авторы представили результаты клинических исследований наиболее часто применяемых препаратов при СД и некоторых нефармакологических подходов к лечению.

Клинические дефиниции и  эпидемиология

СД представляет собой клинический синдром, включающий широкий спектр когнитивных нарушений. СД возникает в результате некроза ткани мозга после ише- мии, причиной которой является сосудистое заболева- ние. Это и отличает данный вид деменции от других ее типов, в большинстве своем вызванных отложением токсичных веществ в нервных клетках. Считается, что симптомы, наблюдаемые при СД, разнятся с характер- ными для деменции при болезни Альцгеймера (БА), деменции с тельцами Леви и фронтотемпоральной де- менции, хотя при этих заболеваниях могут отмечаться и элементы СД.

Следует отметить, что медикаментозное лечение СД освещалось в литературе достаточно широко (Broich, 2003; Malouf, Birks 2004; Pantoni, 2004; Schindler, 2005). Основной вывод авторов заключается в том, что большинство результатов исследований при СД были проти- воречивыми. Также важно подчеркнуть, что до сих пор регуляторные агентства не одобрили ни одного препарата для терапии данного заболевания (Pantoni, 2004). С точки зрения эпидемиологии СД рассматривается как второй по распространенности тип деменции после БА, хотя такой вывод подвергся сомнению в связи с растущим изучением деменции с тельцами Леви (Zesiewicz et al., 2001; Henriksen et al., 2006). С клинической точки зрения, СД представляет значительные трудности, пос- кольку ее распространенность возрастает, а возможные варианты эффективного лечения отсутствуют.

Механизмы нейродегенерации и роль рецепторов глутамата

СД возникает как следствие ишемического или геморрагического инсульта. В результате запускается механизм нейродегенерации путем нарушения потребления кисло- рода и глюкозы в нервных клетках (Kalaria, 2003; Francis, 2006). Это в свою очередь приводит к истощению энергетических процессов в клетках, деполяризации мембраны и избыточному высвобождению глутамата. Затем происходит чрезмерная активация комплекса N-метил-D- аспартатных (NMDA) рецепторов/каналов (NMDAR), что позволяет Ca2+ поступать в нервную клетку в токси- ческих концентрациях и способствует активации внутри- клеточных кальцийзависимых ферментов (Choi, Rothman, 1990; Coyle, Puttfarken, 1993; Baskys, Blaabjerg, 2005).

L-глутамат – агонист, обладающий высокой аффинностью как минимум к четырем основным типам нейрональных рецепторов глутамата. Токсичность глутамата впервые была описана J.W. Olney в 1969 г., когда он обнаружил, что введение мышам глутамата натрия вызывает повреждение мозга. Глутаматные рецепторы подразделяются на ионотропные и метаботропные. Существует несколько их подтипов. Современная класcификация ионотропных рецепторов основана на разной их чувстви- тельности к действию NMDA, 2-амино-3(3-гидрокси-5- метилизоксазол-4-ил)пропионовой (АМРА), каинатной и квисквалатной кислот. Вследствие этого выделяют две группы рецепторов: NMDA и не-NMDA (их подразде- ляют на АМРА и каинатные).

Принято считать, что избыточная стимуляция ионотропных рецепторов глутамата запускает проникнове- ние Na+ и Ca2+ в клетку через контролируемые рецептором каналы, что ведет к ее гибели. Предполагается, что Ca2+, который проникает через каналы, связанные с NMDA-рецепторами, может быть особо токсичным из-за близкого расположения этих каналов к очень чув- ствительным внутриклеточным мишеням, например к кальпаину. Последний в свою очередь вызывает разру- шение цитоскелета. В целом природа гибели нервной клетки, будь то некроз или апоптоз, остается предметом дискуссий.

Основываясь на представленных выше данных, неудивительно, что лечение ишемического повреждения сосредоточено на разработке лекарственных средств, являющихся антагонистами ионотропных глутаматных рецепторов (iGluR), в частности NMDAR (например, фен- циклидин, кетамин или MK-801), которые тормозят увеличение внутриклеточного Ca2+. В ходе экспериментов на животных моделях данные препараты показали высокую эффективность при ишемическом повреждении нервной клетки. Однако результаты изучения их дей- ствия у людей были противоречивыми, что было обу- словлено главным образом такими побочными реакциями, как психоз, тошнота, рвота, ухудшение памяти, а в некоторых случаях – смерть нервных клеток (Muir, Lees, 1995). Следует подчеркнуть, что большинство мно- гочисленных попыток в разработке препаратов, предотвращающих ишемическую смерть ткани мозга, были без- успешными. Например, из 178 сообщений на английском языке о контролируемых клинических исследованиях терапии острого инсульта, опубликованных в XX ст., только в четырех были отмечены положительные результаты. Скорее всего, успешными являлись виды лечения, направленные на растворение кровяного сгустка. Однако все 114 исследований, в которых изучали 49 нейропротек- торных препаратов для лечения инсульта, оказались безуспешными (Gladstone, 2002). Разнообразные причины этих неудач варьировали от проблем дизайна исследова- ний до сложностей системы регуляции, контролирующей смерть и выживание нервной клетки (Gladstone,  2002).

 

Клинические исследования при СД

Авторы обзора выполнили обширный поиск в базах данных MedLine и Cochrane, предоставив результаты более 20 исследований, касавшихся лечения деменции при БА, смешанной деменции и других типов когнитивных нарушений с акцентом на СД. Кроме того, в об- зор были включены результаты применения фолие- вой кислоты, цитидиндифосфатхолина (ЦДФ-холина) и валидационной терапии при СД, несмотря на недостаточное количество клинических исследований, в ко- торых использовали данные виды лечения.

В таблице представлены основные результаты ис- следований, в которых лечение СД изучалось наиболее основательно.

 

Мемантин

Мемантин относится к химическому классу амино- адамантана и имеет химическую структуру, схожую

с амантадином – противопаркинсоническим и противовирусным средством. Изначально мемантин был разработан для лечения спастичности при болезни Паркинсона и впервые исследован в качестве нейропротекторного средства в Европе, а позднее в США в 90-е гг. прошлого века. Кроме своей способности вы- свобождать дофамин из дофаминергических оконча- ний, мемантин является неконкурентным антагонис- том NMDA-рецепторов (Lipton, 2004). Связываясь с рецепторами NMDA, он регулирует уровень глутамата, который в свою очередь положительно влияет на долгосрочное потенцирование – центральный меха- низм в процессе обучения и памяти. Снижение уровня глутамата также предупреждает чрезмерное увеличе- ние концентрации кальция, которое может приводить к гибели клетки. Поскольку опосредуемая NMDA- рецепторами гибель нервных клеток вследствие токсического возбуждения рассматривается как основ- ная причина их повреждения, свойства антагониста NMDA-рецепторов делают мемантин хорошим нейропротекторным средством. С другой стороны, антагонисты NMDA-рецепторов, как известно, вызывают галлюцинации и ухудшают когнитивные функции, что значительно препятствует их клинической разработке.

Свойства мемантина изучались в ходе двух исследований, которые включали 815 пациентов с легкой или умеренной стадией прогрессирования СД (Areosa et al., 2005). Лечение мемантином в дозе 20 мг/сут или пла- цебо продолжалось 28 недель. Анализ данных показал значительное улучшение когнитивного функционирования при приеме препарата, которое оценивалось с помо- щью шкалы оценки когнитивных функций при болезни Альцгеймера (ADAS-cog), по сравнению с исходными показателями и группой плацебо. Отсутствовали изменения по шкале общего клинического впечатления (CGI), шкале общего клинического впечатления об из- менении состояния (CGIC) или подшкале самообслуживания шкалы сестринских наблюдений за гериатрическими пациентами (NOSGER). В итоге отмечалось небольшое, но статистически значимое улучшение по пункту поведенческих нарушений NOSGER. В иссле- довании смешанной группы пациентов, включавшей лиц с деменцией при БА, сосудистой и смешанной деменцией (n = 168), отсутствовало существенное влияние мемантина на повседневное функционирование, но имели место положительные изменения по шкале CGIC (Areosa, 2005). На этапе завершения исследования в группах мемантина и плацебо нежелательных явлений не наблюдалось, что свидетельствовало о хорошей переносимости препарата.

Из указанных выше данных следует, что мемантин оказывает положительный эффект на когнитивные функции у пациентов с СД. Такой вывод противоречит классическому пониманию роли NMDA-рецепторов в процессах запоминания и обучения, и этот феномен объяснить довольно непросто (MacDonald et al., 1996). Lipton и Chen (2004) предположили, что мемантин как антагонист NMDA-рецепторов с умерен- ной афинностью и блокатор ионных каналов тор- мозит  глутаматергическую  нейротрансмиссию через NMDAR-каналы. Эта теория несколько расходится с тем фактом, что клиническая эффективность мемантина значительно выражена на поздних стадиях деменции, а не начальных, когда чрезмерная актива- ция NMDA-рецепторов/каналов наибольшая. С другой стороны, закрытые каналы, связанные с NMDA- рецепторами, по-видимому, не обладают какой-либо активностью, но либо предложенная модель является валидной, либо клиническая эффективность мемантина при деменции опосредована другим механизмом, отличным от блокады каналов NMDAR.

Лечение

n исследований

n паци- ентов

Продолжи- тельность

Польза

Побочные действия

Источник

 

 

 

 

Мемантин

 

 

 

2 исследования, посвященные легкой – умеренной СД

 

 

 

 

815

 

 

 

 

28 недель

Улучшение: когнитивные функции (ADAS-cog), поведение (NOSGER, подшкала поведенческих нарушений) Без изменений: общая оценка (CGI, CIBIC+, CGIC), повседневная активность (NOSGER, подшкала самообслуживания)

Различия отсутствуют у пациентов как минимум с одной побочной реакцией

Areosa et al., 2005;

Orgogozo et al., 2002;

Wilcock et al., 2002

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Галантамин

1 исследование, посвященное СД+ БА с церебро- васкулярным заболеванием

449-543

24 недели

Улучшение: когнитивные функции (ADAS-cog), общая оценка (CIBIC+), поведение (NPI), повседневная активность

(ADCS-ADL)

Высокий уровень завершения исследования, высокий уровень отмены лечения из-за побочных реакций, у всех пациентов наблюдался как минимум один побочный эффект, включая тошноту/рвоту; нет различий в количестве летальных исходов

 

 

 

 

Craig, Birks, 2006;

Bullock et al., 2004

 

 

 

 

1 исследование, посвященное СД

 

 

 

 

786

 

 

 

 

26 недель

 

Улучшение: когнитивные функции (ADAS-cog), функциональные способности (DAD)

Без изменений: общая оценка (CIBIC+), поведение (NPI), повседневная активность (ADCS-ADL)

 

Высокий уровень отмены лечения, обусловленной побочными реакциями; нет различий в побочных эффектах или смертельных исходах через 30 дней после завершения испытания

 

 

 

(GAL-INT-26,

2004, неопу- бликованные данные)

 

 

 

Донепезил

 

 

 

2 исследования, посвященные СД

 

 

 

1219

 

 

 

12 недель

и 24 недели

 

Улучшение: когнитивные функции (ADAS-cog, MMSE), общая оценка (CIBIC+, суммарная CDR), повседневная активность (IADLs, ADFACS)

 

Значительное повышение интенсивности одного или более побочных действий; серьезные побочные эффекты отсутствовали

 

 

 

Malouf, Birks, 2005

 

Ривастиг- мин

 

1 исследование, посвященное СД

 

 

16

 

 

22 месяца

 

Улучшение: высшие функции (10-балльный тест рисования часов), поведение (NPI)

 

 

Moretti et al., 2002

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ницерголин

 

1 исследование, посвященное мультиинфаркт- ной деменции

 

 

50

 

 

2 месяца

 

 

Улучшение: общая оценка (CGI)

 

 

Fioravanti, Flicker 2001; Saletu et al., 1995

 

1 исследование, посвященное мультиинфаркт- ной деменции

 

 

139

 

 

6 месяцев

 

 

Улучшение: память (MMSE), общая оценка (CGI)

 

 

 

Herrmann et al., 1997

 

1 исследование, посвященное деменции при БА и мультиинфаркт- ной деменции

 

 

 

101

 

 

 

12 месяцев

 

 

Улучшение: память (MMSE), общая оценка (CGI), поведение (SCAG)

 

Нет значительных различий как минимум при наличии одной побочной реакции во время и после окончания лечения

 

 

Fioravanti, Flicker, 2001

 

 

 

 

 

 

 

Нимодипин

 

 

 

3 исследования, посвященные СД

 

 

 

200

 

 

 

12 недель

 

Улучшение: поведение (SCAG; n = 130), когнитивные функции (n = 200), общее функционирование (n = 62)

Без изменений: повседневное функционирование (ADLs; n = 65)

 

 

 

 

 

 

 

 

Lopez-Arieta, Birks, 2002

 

 

 

2 исследования, посвященные СД

 

 

 

274

 

 

 

24 недели

 

Без изменений: когнитивные функции (n = 274), общее функционирование (n = 209), тяжесть заболевания (n = 209), повседневное функционирование (ADLs; n = 274)

 

Галантамин

Галантамин является ингибитором холинэстеразы и модулятором n-холинорецепторов с доказанной эффективностью в лечении симптомов БА. Было про- анализировано два крупных исследования, включав- ших пациентов с СД (Craig, Birks, 2006). В одно из них вошли лица с СД и БА с радиологически и анам- нестически подтвержденным цереброваскулярным за- болеванием. Анализ сосудистой подгруппы показал, что эффект галантамина по шкале ADAS-cog не дости- гал статистической значимости по сравнению с пла- цебо (p = 0,06). При анализе всех больных наблюдалось значительное влияние препарата по разным методи- кам, в том числе ADAS-cog, шкале оценки состояния на основании впечатления врача и лиц, ухаживающих за пациентами (CIBIC+), нейропсихиатрическому опроснику (NPI) и шкале инвалидности при деменции (DAD). Отмечалось большое количество побочных реакций, соответствовавших свойствам галантамина как ингибитора ацетилхолинэстеразы. Второе исследование включало 786 пациентов с СД (Craig, Birks, 2006). После 26 недель лечения галантамином были отмечены значительные положительные изменения по ADAS-cog. Отсутствовали различия в повседневной активности, при общей оценке (CIBIC+) и оценке поведения (NPI). Важно отметить, что наблюдавшееся улучшение было связано с когнитивными функциями. О подобном значимом улучшении высших корковых функций сообщалось в одном небольшом двойном слепом исследовании у 22 мужчин с минимальным когнитивным ухудшением (Koontz, Baskys, 2005). Согласно полученным результатам, имело место умеренное, но статистически значимое улучшение краткосрочной памяти. К сожалению, отсутствуют доступные данные исследо- ваний, чтобы можно было сравнить оценку краткосрочной памяти при изучении СД.

Подводя итоги, следует отметить, что хотя галантамин улучшает краткосрочную память у пациентов с СД, задокументированная клиническая польза пре- парата при данном заболевании отсутствует. Наличие побочных действий указывает на то, что в клинической практике при назначении галантамина лицам с СД следует соблюдать осторожность.

Донепезил

В два крупных рандомизированных клинических исследования было включено 1219 пациентов с вероятными или возможными когнитивными нарушениями

сосудистого генеза для лечения донепезилом на про- тяжении 24 недель (Malouf, Birks, 2004; Roman et al., 2005). Больных диагностировали на основании критериев Национального института неврологических и коммуникативных расстройств и инсульта (NINDS) и Ассоциации болезни Альцгеймера (ADRDA). Срав- нение донепезила с плацебо показало, что препарат положительно влиял на когнитивные функции, об- щую оценку и повседневную активность. Побочные эффекты были более выраженными в группе донепе- зила. Общепринятые дозы 5 и 10 мг/сут являлись эффективными по большинству, но не всем методикам оценки. Баллы по шкале клинической оценки тяжести деменции (CDR) и повседневная активность при приеме дозы 5 мг остались без изменений, однако при использовании 10 мг улучшение было значимым. Оценка по CIBIC+ указывала на повышение общего функционирования у пациентов, принимавших донепезил по 5 мг/сут по сравнению с группой плацебо, но при приеме 10 мг/сут улучшение отсутствовало. Важно отметить, что часть зачисленных в исследование пациентов страдала деменцией при БА, а не СД, что могло несколько изменить конечные результаты из-за различ- ной патоморфологической основы деменций (Malouf, Birks, 2004). В связи с тем, что многие пациенты имели сопутствующие заболевания, например кардиоваскулярные, также не следует исключать вероятную роль лекарственных взаимодействий донепезила и средств, которые больные принимали для лечения сердечных или сосудистых состояний.

 

Ривастигмин

Ривастигмин – селективный псевдообратимый ингибитор ацетилхолинэстеразы головного мозга карбаматного типа. Эффективность данного препарата при СД изучалась недостаточно, для того чтобы сделать определенные выводы. Исследование, проводившееся при участии 16 пациентов с СД, показало некоторое положительное влияние ривастигмина на высшие функ- ции и поведение (Moretti, 2002; Vincent, Lane, 2003). Следовательно, необходимо проведение большего коли- чества исследований, чтобы лучше понять, каким обра- зом ривастигмин можно использовать при СД.

Ницерголин

Ницерголин (8-бета-(бром-никотиноил-оксиметил)- 1,6-диметил-10-альфа-метоксиэрголин) является ана- логом алкалоидов спорыньи, к которым присоединен остаток никотиновой кислоты, оставшийся после замещения атома брома. Препарат используется более чем в 50 странах мира на протяжении последних трех десятилетий для лечения когнитивных, аффективных и поведенческих расстройств у лиц пожилого возраста. Ницерголин характеризуется высокой степенью сродства к a -адренорецепторам и рецепторам  серотонина

5-НТ  , средней – к a -адренорецепторам и рецепторам 5-НТ , низкой или незначительной – к дофаминовым D -/D - и мускариновым М -/М -рецепторам [3]. Препарат обладает способностью усиливать обмен ка- техоламинов (норадреналина и дофамина) в некоторых

областях головного мозга крыс, а также оказывает антисеротониновое   воздействие.

В кокрановской базе данных представлен метаанализ данных 11 клинических исследований ницерголина, в которых приняли участие около 1300 пациентов, одна половина из которых принимала ницерголин, а другая – плацебо (Fioravanti, Flicker, 2004). Диагнозы в этих исследованиях варьировали и включали следующие: «сенильное когнитивное ухудшение», «метаболические и трофические церебральные  нарушения»,

«гипертензия и лейкоараиоз», «сенильная деменция» и «сенильная деменция типа Альцгеймера». В одном из двух исследований были задействованы исключительно пациенты с мультиинфарктной деменцией, второе же было сосредоточено на лицах с мультиинфарктной деменцией и деменцией при БА.

В ходе метаанализа данных смешанной группы больных, включавшего три исследования продолжительностью от 2 до 12 месяцев, у 261 пациента было выявлено значительное влияние ницерголина на показатели краткой шкалы оценки психического статуса (MMSE). Сила эффекта рассчитывалась путем использования взвешенной разности средних и модели фиксированного эффекта и составила 2,32 (95% доверительный интервал [ДИ] 1,32-3,32), что было статистически значимым. Два из этих исследований включали лиц с мультиинфарктной деменцией. У больных с другим диагнозом, кроме деменции при БА, данные шкалы ADAS-cog отсутствовали. При оценке улучшения у па- циентов в группе приема ницерголина по сравнению с плацебо согласно CGI отношение шансов, рассчитанное по методу Peto в смешанной группе больных, составило 3,33 (95% ДИ 2,50-4,43). В результате в каждом из трех исследований, в которые были вовлечены па- циенты с мультиинфарктной деменцией, наблюдалось общее  улучшение.

Таким образом, следует отметить, что ницерголин, вероятно, может оказывать положительный эффект при СД, однако необходимы дальнейшие исследования с применением современных диагностических критериев для подтверждения полученных результатов. К сожалению, данные о действии препарата у пациентов с СД при его сочетании с игибиторами ацетилхолинэстеразы или мемантином отсутствуют.

 

Нимодипин

Нимодипин – антагонист L-типа вольтажзависимых каналов Ca2+ с антигипертензивными свойствами. Избыточное открытие этих каналов может сопровождаться NMDA-индуцированной деполяризацией мембран, что обусловливает увеличение притока Ca2+. Поэтому блокада вольтажзависимых каналов Ca2+ нимодипином, по крайней мере, теоретически может снижать ишемическую гибель нервных клеток. В даль- нейшем есть вероятность уменьшить повреждение нервных клеток при СД путем снижения артериального давления (АД), что, однако, существенно не влияет на течение данной патологии.

В кокрановской базе данных был выявлен метаанализ данных четырех исследований, в которых 409 больных

СД принимали нимодипин в дозе 90 мг/сут на протяжении 12 и 24 недель (Lopez-Arrieta, Birks, 2005). Несмотря на то что имелись доказательства статистически значимого улучшения по гериатрической шкале клинической оценки Сандоз (SCAG), общего и когни- тивного функционирования к 12-й неделе, к 24-й неделе отсутствовали существенные различия относительно общего и когнитивного функционирования или по шкале CGI. Помимо этого, не отмечалось улучше- ния и в повседневной активности. Следовательно, дан- ные исследований указывают на то, что антагонисты вольтажзависимых каналов Ca2+ играют ограниченную роль, или не играют вовсе, в патогенезе СД. Именно по- этому маловероятно, что они, в частности нимодипин, могут оказывать положительный эффект в лечении данной  патологии.

 

Антигипертензивная  терапия

Контроль АД как признанный фактор риска актуален и с научной, и с клинической точки зрения. В связи с этим важно знать ответ на вопрос: ведет ли устранение повышенного АД к снижению заболеваемости СД? Данная проблема изучалась в ходе трех рандомизированных контролируемых плацебо исследований, включавших более 12 тыс. пациентов с повышенным АД, но без ухудшения когнитивных функций. Анализ полученных результатов не выявил убеди- тельных доказательств того, что снижение АД предотвращает развитие ухудшений когнитивных функций,  в том числе СД (McGuinness et al., 2006).

 

Фолиевая кислота

Фолиевая кислота – это витамин, играющий ключевую роль в развитии нервной системы. Дефицит фолиевой кислоты ассоциируется с высоким уровнем гомоцистеина, что связывают с широким спектром нейропсихиатрических расстройств, включая депрес- сию и деменцию. По данным Reynolds (2002), использование фолиевой кислоты изучалось для улучшения когнитивных функций у взрослых, особенно в случаях деменции. В кокрановской базе данных представлен метаанализ четырех двойных слепых контролируемых исследований фолиевой кислоты, где диапазон участников варьировал от здоровых и когнитивно интактных лиц до пациентов с умеренно выраженным когнитивным ухудшением и деменцией (Malouf et al., 2003). В итоге не была выявлена очевидная польза препарата для улучшения когнитивных функций, что, возможно, связано с незначительной продолжительностью исследований (от 35 дней до трех месяцев). Таким образом, в дальнейшем следует провести более длительные исследования, посвященные применению фолиевой кислоты при СД, которые помогут разобраться в эффекте данного средства.

 

Валидационная  терапия

Валидационная терапия – это набор нефармакологических техник, описанных N. Feil (1992), для лечения дезориентации и спутанности сознания у боль- ных деменцией. При применении этого метода акцент

делается на эмоциональных компонентах. В кокрановской базе данных был выявлен метаанализ результатов трех небольших рандомизированных исследований, включавших пациентов с деменцией. Согласно полученным данным, статистически значимое поло- жительное влияние на познавательные функции или поведение отсутствовало. Тем не менее, в одном из исследований не было показано улучшения поведения при сравнении валидационной терапии с плацебо, а в другом наблюдалось снижение симптомов депрессии при сравнении валидационной терапии и терапии социальных контактов (Neal, Wright, 2006). По причине небольших масштабов этих исследований необходимо изучение данного метода лечения в дальнейшем, для того чтобы определить его эффективность при деменции.

 

Выводы и направления дальнейших исследований

После рассмотрения результатов исследований, представленных в данном обзоре, можно сделать несколько выводов. Во-первых, было проведено сравнительно немного исследований, посвященных лечению СД. Во-вторых, очевидно, что несколько препаратов с раз- ными механизмами действия продемонстрировали различную эффективность в улучшении познавательных функций и повседневной активности у пациентов с СД. В-третьих, указывалось, что действие одного лекар- ственного средства (мемантин) находится в пределах современной модели токсического возбуждения, хотя прямых доказательств этой гипотезы по-прежнему недостаточно. В целом можно прийти к заключению, что множество различных механизмов могут играть роль  в этиопатогенезе СД.

Помимо сосудистых состояний, резистентность нерв- ных клеток к повреждению и попытки влиять на нее

изучены не в полной мере, что свидетельствует о необходимости разработки новых технологий и поиска дополнительных путей решения. Одной из таких техно- логий является анализ микрочипов матричной РНК. Анализ последовательности участка позволит про- водить одновременный мониторинг поведения большого количества генов вплоть до всего генома. К примеру, в исследованиях, в которых использовался анализ последовательности участка, изучали регуля- цию восприимчивости нервной клетки к поврежде- нию (или другим заболеваниям, например раку). Так, недавно было проведено исследование, посвященное механизмам опосредованной NMDA-рецептором нейропротекции в сравнении с эксайтотоксичностью. Ученые провели анализ последовательности участков комплементарной ДНК 1128 генов, относящихся к мозгу, и выявили, что нейропротекция связана с одновременной активацией эндоцитоза и инактивацией воспаления, адгезии и смерти клеток в результате апоптоза, а также генов, относящихся к транскрипции (Baskys, Blaabjerg, 2005). Полученные данные указывают на то, что будущие нейропротекторные средства для лечения СД будут одновременно направлены на несколько мишеней. Следовательно, их компоненты смогут подавлять воспаление, клеточную адгезию, смерть клеток в результате апоптоза и определенные транскрипционные гены, что сделает возможным лечение состояний, предшествующих заболеванию.

Подготовил  Станислав Костюченко

Стаття опублікована в журналі "НейроNews" №5 (69), 2015 та розміщена на порталі з дозволу редакції.